ОПИСАНИЕ КАРАВАННЫХ ПУТЕЙ ОТ УКРЕПЛЕНИЯ ВЕРНОГО ДО ГОРОДОВ: ТУРПАНА, АКСУ, КАШГАРА, ЯРКЕНДА, ХОТАНА

«Описание караванных путей…» представляет собой изложение Шокана Уалиханова из записок переводчика Ивана Андреевича Бардашева (1831-1868).

И. А. Бардашев с 1848 г. служил переводчиком у пристава Большой орды в Копале. Хорошо знал казахский язык и пользовался уважением у местных жителей. В 1854 г. участвовал в экспедиции майора М. Д. Перемышльского в Заилийский край, во время которой было заложено укрепление Верное – будущий город Алматы. В 1856 г. вместе с Шоканом Уалихановым принимал участие в топографической экспедиции полковника Хоментовского на озеро Иссык-Куль, а затем и в дипломатической миссии в Кульдже.

Пользуясь уважением и доверием у казахов Старшего жуза, Бардашев регулярно осведомлялся у них о различных торговых маршрутах, проходящих через Семиречье, о чем регулярно составлял отчетные записки. Эти записи и были использованы Шоканом Уалихановым, хорошо знавшим Бардашева, при составлении своего «Описания караванных путей…»

Караван. Рисунок неизвестного художника

Пути с Заилийской долины через Иссык-Куль можно разделить на караванные и кочевые. Караванные пути более прочих представляют возможность движению по ним войск. Караванные пути с Заилийской долины, направляясь к Кашгару и прочим китайским провинциям, лежащим в той стороне, идут только через три горных прохода: Санташ, Тобулготы и Саты.

Первый путь лежит через вершины р. Тургеня (Асу), подъем на которые хотя трудный, но для верблюдов возможный; с вершин этой речки дорога тянется на восток, переходит через горы Кызыл-Ауз без затруднения и спускается на р. Джиничке, потом идет вверх по Чилеку и направляется на горный проход Саты, довольно трудный, и спускается на Иссык-Куль по реке того же имени, через р. Карабатпак, проходит вброд через р. Тюп, против знаменитой сарыбагышевскон могилы сына Джантая Исабека, далее, переправясь через холмистые возвышенности Тасмы, спускается на р. Джиргалан при броде Тибкэ; отсюда идет на р. Каракол, где было кокандское укрепление, и переходит речки Рлык и Чильпек, потом через р. Джетыугуз и Кызылсу приходит к р. Зауке.

Второй путь — дорога с Асу идет также до р. Джиничке, потом поворачивает на юго-восток и идет, направляясь к горному проходу Тобулготы, через следующие урочища: сначала переходит через речку Чилек при урочище Усербай, где хороший брод, отсюда, спустившись в долину, направляется ею через ключи Джаланач и Карабулак, идет на дорогу через три р. Мерке; с последней из этих речек поворачивает на юго-запад и идет вверх по ней до самых вершин к горному проходу Тобулготы. Самый проход для верблюдов нетруден, но телега не может пройти; переправившись, через горы, караван направляется вниз по этой речке и идет до урочища Сарытологай, составляющего устье означенной речки, в Тюп, через который переправляется в брод, называемой Токтаджан, и идет также через Тасму, за которыми спускается на вышеозначенный брод Тибкэ через р. Джиргалан и тянется к р. Зауке тем же путем.

Третий путь с Заилийской долины идет через горный проход гор Соготы, Торайгыр и направляется тем же путем, которым шел наш отряд на оз. Иссык-Куль. Дойдя до средины горного прохода Санташ, около того самого места, где стоит каменный холм, давший название этому проходу, дорога переходит р. Тюп и по косогорам северного склона гор Тасма направляется к горному проходу Кызылкия, через который спускается на р. Джиргалан, идет по этой речке вниз и при устье ее в оз. Иссык-Куль,, где соединяется вместе с Джиргаланом и устьем р. Аксу, впадающей сюда с юга, перейдя вброд, дорога направляется немного вверх, к горам, и тянется к р. Караколу, где, соединившись с путями, идущими из горных проходов Саты и Тобулготы, идет к р. Зауке. Вся эта дорога удобна для тележной езды без особенных затруднений.

Четвертый путь идет с Заилийской долины между горами Соготы и Бугуты, а потом поворачивает на юго-восток и идет долиной между горами Темирлик и Куулык, где встречаются незначительно затруднительные для тележной езды два оврага: через р. Сарытогай и р. Темирлик; пройдя их, дорога идет на р. Кеген, к устью р. Каркара, и потом направляется той же дорогой, которой шел отряд к проходу Санташ, а из него тянется через Кызылкия к р. Зауке.

Дорога в Турпан с Терскея идет по четырем горным проходам: 1) Турген-Аксу, 2) Зауку, 3) Кашкаасу и 4) Джуукучак.

Первый путь через Турген-Аксу — караваны переходят Кыргызнын-Алатавский хребет ущельем вверх по этой речке, через который он [путь] для верблюдов нетруден, а телега, хотя и может быть перевезена, но с большим трудом. От Буранбая и Урмана на Кызылунгуре до Турпана караванного ходу на 8 дней, считая переход каждого дня по 25 верст, что составит пространство от 180-200 верст (для верховой езды 3 дня).

Второй путь через Зауку, вверх по этой речке, проход для верблюдов не совсем удобен.

Третий горный проход идет по проходу через Кашкаашу; он самый удобный и по нему преимущественно ходят караваны.

Четвертый — через проход Джуукучак, который труднее первых; последние три прохода лежат недалеко один от другого.

Перейдя через вышеозначенные проходы, караваны имеют ночлеги на горной плоской возвышенности на урочище Джакташ. Дорога до этого урочища камениста, крута и трудна; отсюда караваны идут на р. Чиб, покрытую еловым лесом; дорога каменистая, и оба перехода суть горный проход через высокие горы; водопои и корма в большом обилии; с р. Чиб третий переход оканчивается последним переходом через горы в урочище р. Карасай, текущей под южным склоном гор Акбель. Здесь все пути, идущие в эту сторону, соединяются и разделяются снова надвое: одна дорога идет на восток к г. Турпану, другая — на запад в Кашгар; повернув влево на восток, дорога идет по гладкой равнине на урочище Иштык, где караваны имеют ночлег; корма хорошие, обильные; водопой везде.

Переход с этого ночлега снова идет по гористой местности на большое пространство до самого ночлега на урочище Келинтайгак, через который лежит горный проход того же имени; весь переход гористый. Далее Келинтайгака дорога обильна водой, но кормов лишена совершенно; она тянется тропинкой и усеяна камнями; переход трудный для верблюдов и лошадей; во время пути караваны переходят горы Бедель через горный проход того же имени и имеют ночлег в самом проходе; отсюда по выходе из ущелья на р. Джамансу находится китайский караул Барчан, через который караваны, получив от китайцев дозволение, показав им виды и сделав подарки баранами в виде пошлины, идут прямо в Турпан, который виден с их караула.

Вся дорога от р. Ушура камениста, гориста и чрезвычайно трудна; неподкованная лошадь приходит в Турпан обезноженная. Движение по этому пути караванов совершается во всякое время года, и снега в горных проходах не препятствуют переездам. Движение же по этому пути войск в стройных массах невозможно, особенно с артиллерию, для которой трудные подъемы и спуски представляют совершенную невозможность.

Город Турпан, имеющий домов 1½ т., населен китайцами, которые содержат гарнизон не из себя, а ежегодно приходят туда сменные отряды не более 1500 человек; город не очень велик, и дома, украшенные фруктовыми садами, построены из глины. Для мусульман и приезжающих торговцев отведена слобода с караван-сараем, расположенная на достаточном пространстве от китайского караула.

Торговля Турпана, по показаниям торговцев, довольно значительная; привозной товар заключается в баранах, ямбах, восточных материалах и разных мануфактурных изделиях Ташкента, Коканда и других городов; секретно от китайского правительства бухарцы и кокандцы вывозят опиум, торговля которым там запрещена, и обличенные в покупке или продаже его подвергаются строгой и значительной денежной пени. Вывоз заключается в следующем товаре: кирпичный чай в Коканд и Бухару, шелковые материи, рис, бязи, армячины, шитые золотом и серебром материи ( камка), канфы, манлыки и проч. Здесь этот товар в Турпан доставляется из Аксу и Кашгара. Под своз тяжестей торговцы берут иногда у дикокаменных киргиз верблюдов и лошадей, но ежемесячная плата за каждого соразмеряется или знакомством с караванбашой или желанием хозяина, но вообще за верблюдов в месяц выпрашивают не менее десяти баранов, а за лошадь — не менее семи.

Турпан стоит на реке того же имени, в которую с запада впадает р. Кокшал, и центр [его] расположен при устье этой речки.

На всем пути в Турпан не кочуют никакие племена дикокаменных киргиз, но изредка показываются шатающиеся киргизы, которые по значительной численности караванных людей, более или менее вооруженных, не могут беспокоить караванов.

В Турпане в мусульманской слободке находится очень много мечетей, но небольшой величины; улицы тесны, при домах устроены лавки. В этом же подворье существует китайская таможня и чиновники, пристава по торговой части. Всякий караваи обязан по прибытии в караван-сарай предъявить свои скот или товар, и чиновник, налагая на товар тамги, не требует пошлины, а караванбаши делают ничтожные подарки, но мусульманские управители (беки) незаконно берут с караванов пошлину, основывая ее на вымышленных ими законах пророка. Они берут с сорока штук всякого скота по одной, кроме верблюдов; с каждого верблюжьего и лошадиного вьюка рассчитывают пошлину по достоинству товара. Взыскание пошлины с материи определяется деньгами, применяясь к нашей монете, — с каждых ста рублей по одному, соображая ценность товара; но взыскание пошлин по действительной наличности товаров производится редко, торговцы всегда показывают свой товар в 10 раз меньше.

Дорога в Кашгар. От р. Кызылунгура [она] лежит там же, где и дорога в Турпан, но с урочища Карасай она от турпанской, как выше было замечено, поворачивает вправо на запад. От р. Зауки до Кашгара караванного ходу дней 18, полагая верст 25 в день, что составит около 450 верст. Повернув на запад, дорога идет на урочище Джолдыгара, где караваны имеют ночлег; путь гористый во весь переход.

Второй переход также труден и горист, имеет несколько переходов через горы и самый трудный через горы Чакыркорум; по эту сторону прохода этого же имени — второй ночлег караванов.

Третий переход на пространстве верст 30 идет вышеозначенным горным проходом, и караваны останавливаются на ночлег при выходе из ущелья на р. Келинтайгак; весь путь чрезвычайно труден для верблюдов, дорога камениста, косогориста.

Четвертый переход на урочище р. Кюбургенты, именем которой называются горы с горным проходом этого же имени. Дорога не так камениста и не так трудна; на пути встречаются только два незначительных перевала через горы.

Пятый переход на урочище Калмакучак, дорога немного каменистая, но совершенно гладкая.

Шестой переход на горный проход Кеджике, к горам того же имени, где караваны, не входя в горы, останавливаются на ночлег; дорога гладкая, но местами каменистая.

Седьмой переход на пространстве верст 20 идет горным проходом Кеджике, ночлег в исходе прохода в долине; дорога каменистая, но для верблюдов все-таки возможная и удобная.

Восьмой переход идет по р. Аксай, имеющей ширину сажен 100, в полноводье бродов [она] не имеет, караваны ночуют на этой реке на урочище Чатырташ; дорога совершенно ровная, гладкая, не каменистая.

Девятый переход на урочище Коккия; дорога, перейдя вброд через Аксай, идет снова по каменистому грунту, гористая, со множеством крутых подъемов и спусков; караваны, перейдя горы Коккия, переход через которые труден, останавливаются на ночлег по выходе из ущелья на небольшом ключе.

Десятый переход к урочищу Кульдык; дорога идет по руслу р. Кульдык, чрезвычайно каменистая, хотя и не имеет больших возвышенностей; караваны останавливаются на ночлег при входе в ущелье Кульдык, через которое лежит дорога по горному проходу того же имени.

Одиннадцатый переход к урочищу Ишегарт; дорога перерезывает множество незначительных речек, камениста, волниста, а к горам Ишегарт гористая, со многими трудными спусками и подъемами; караваны, пройдя через горный проход того же имени, на небольшом ключе останавливаются на ночлег при выходе из прохода.

Двенадцатый переход к урочищу Ирбель, дорога также каменистая, гористая, местами косогористая; особенных горных проходов не имеется; караваны останавливаются на ночлег, перейдя незначительную возвышенность, чрезвычайно волнистую, называемую Ирбель.

Тринадцатый переход на урочище Курусай, дорога лежит по берегу р. Ирбель, вытекающей из означенной возвышенности; дорога по всему переходу гладкая, не каменистая; не доходя до урочища Курусай (Сухой лог), р. Ирбель теряется в одном из каменистых логов, и караваны для ночлега везут с собой в бурдюках воду, так как ее там совершенно не имеется; но, несмотря на это безводье, корма прекрасны.

Четырнадцатый переход на р. Чоктал, дорога также гладкая, [не] каменистая.

Пятнадцатый переход на р. Терек, к горе того же имени, через которую есть горный проход, называемый также Терек-Ашу, дорога местами гладкая, местами волнистая, а под конец перехода к горе Терек совершенно гористая; переход трудный. Караваны останавливаются на ночлег, не входя в горный проход.

Шестнадцатый переход чрезвычайно трудный, через горный проход Терек-Ашу; караваны целый день идут по проходу и только к вечеру успевают выйти из ущелья, и останавливаются на ночлег при выходе из ущелья. Весь путь особенно горист, каменист и косогорист.

Семнадцатый переход идет к урочищу Тишикташ; дорога от прохода Терек-Ашу, хотя совершенно гладкая, но чрезвычайно каменистая, притом не имеет никакого корма и ни единого ключа; воду везут с собой в кожаных бурдюках.

Восемнадцатый переход с Тишикташа совершается после непродовольственного отдыха по случаю неимения воды ночью, и к свету по такой же каменистой дороге караваны едва достигают китайского караула, называемого Тишикташ-караул.

На пикете живут всегда до 60 чел. китайцев, на обязанности которых лежит допросить караван, с каким товаром он идет, сколько в нем людей, скота и проч. Здесь берут со скота пошлину со ста штук по одной, а с вьюков удовлетворяются небольшой пошлиной по взаимному соглашению с караванбашой. Получив от пикетного офицера билет, караван в один переход достигает г. Кашгара, где и должен явиться в караван-сарай и предъявить выданный ему билет и свидетельства.

На пути в Кашгар встречаются кочующие дикокаменные киргизы родов бугу из отделений тынымсеит, салмеке и другие, далее по Нарыну кочуют саяки, и хотя караванный путь идет в стороне от Нарына, но саяки стерегут на пути караваны и грабят их. Род чирик, кочующий там же, не менее склонен к грабежам. Впрочем, караванбаши, предупреждая всякое нападение этих племен, делают подарки манапам, и они дают для сопровождения своих людей, тогда опасность каравану нисколько не угрожает и путь спокоен.

Из Турпана в Кашгар есть два пути: одни по караульной китайской дороге, где менее опасности, и достигают [Кашгара] с верблюдами в 20 дней, а другой — в 10 дней кочевьями дикокаменных киргиз рода бассыз, от которых по временам немало претерпевают караваны. С апреля до июня бассыз не караулят караванов, но с этого времени до осени постоянно стерегут их и грабят; с письмом за печатью Буранбая и с его человеком никто не трогает, но во всяком разе есть места, где караваны, избегая опасности, идут ночью.

Город Кашгар расположен на реке того же имени, которую мусульмане называют Устен. Главную часть города составляет китайский курган, в котором находится гарнизона не менее двух тысяч; в крепости много глиняных домов общей постройки, окруженных садами. Город разделяется на несколько частей и предместий; одна часть называется Джана-Шаар (Новый город), населенный преимущественно китайцами; часть города, отдаленная от крепости на несколько верст, называется Куне-Шаар. Она населена коренными кашгарскими жителями из мусульман; в ней множество мечетей и караван-сараев, которые носят название городов таким образом: Анджан-сарай, Турпан-сарай, Кокан-сарай, Хотан-сарай и другие; караваны, приходящие из означенных городов, останавливаются в своих караван-сараях. Мусульманское население Кашгара считают в 13 тысяч жителей, а о китайцах трудно составить и приблизительное понятие о населении и жителях, вообще их считают менее, чем мусульман.

Привозной в Кашгар товар из провинций Бухары и Коканда преимущественно следующий: краски, хлопчатая бумага, шелковые ткани, урюк, изюм, железо; привозят и другие товары; кроме того, пригоняют баранов, рогатый скот и лошадей. Торговля производится преимущественно на чистые деньги, состоящие в звонкой золотой и серебряной монете русской, кокандской и бухарской, для получения которой весь скот предварительно обращается в деньги. Вывоз: кирпичный чай, байховый и других сортов, но чай вывозится преимущественно в провинции и города азиатских государств; для торговли с киргизами вывозят: дабы, рисовое пшено, шелковые китайские материи и проч.

Источник: Валиханов Ч. Ч. Собрание сочинений в пяти томах. Том 3 – Алма-Ата, Главная редакция Казахской советской энциклопедии, 1985, 2-е изд. доп. и переработанное, стр. 87-91