КИРГИЗСКОЕ РОДОСЛОВИЕ

Рукопись написана разборчиво и свидетельствует об интересе Уалиханова к истории народов Средней Азии и Казахстана, который с большой силой проявился у него особенно в 1856-1857 гг. «Киргизское родословие» — одна из работ, о которых П. П. Семенов-Тян-Шанский сообщил на заседании Географического общества (1857 г.), рекомендуя кандидатуру Ш. Уалиханова в его действительные члены.

Впервые опубликована в «Сочинениях Ч. Ч. Валиханова» (ЗРГО ОЭ, т. XXIX. СПб., 1904).

Тип казахского купца. Перо. 1856 г. Рис. Ш. Ш. Уалиханова

Вот родоподразделение киргиз в том строго неизменном порядке, как принято у них. Самый порядок разделения, обусловливая собою право старейшинства и силу племени, что и, по понятию киргиз, выражается правом физического первородства предка, имеет большое значение в их родовом праве и принимается совершенно в генеалогическом смысле: посему форма отношений орд к ордам и родов одной орды между собою соответствуют правам кровного братства, а отношения родов к своей орде — отношению сына к отцу, к старшему роду старшей орды — отношением племянника к дяде; всего более характеризуется этот патриархальный родовой быт отношением в диспутах степных импровизаторов из разных родов о превосходстве и старейшинстве своего предка… , но здесь не место о том говорить, а потому возвратимся опять к племенам киргизским.

К киргизам принадлежали и принадлежат еще по общему имени казак племена канглы, чанчклы и кереиты, которые отделились от орд после смерти хана Ишима (жившего около 1630 г.) и теперь вместе с родом Средней орды конрад, отделившимся при хане Валии [первая четверть XIX в.], кочуют в Бухаре, Кокане, Ташкенте и всего более на горах Каратау и по реке Талас [в соседстве] с узбекскими родами. ... Не считаю нужным говорить о древности кипчаков, канглы, [уйсунов] ..., джалаиров, найманов, кереитов, киритов, это должно быть известно сколько-нибудь знакомым с историею Чингиса и его завоеваний. Канглы и кипчаки, как сильные народы тюркские, упоминаются восточными историками еще в баснословную эпоху Огуза. Канглы, по свидетельству Абульгази, еще до нашествия монголов жили по Иссык-Кулю, Джуду и реке Таласу, а кипчаки (Абульгази, Румянцевское издание, 49), со времени Огуза до Чингис-хана, в продолжение 400 лет, жили на пространстве рек Дона, Волги и Урала, почему и страна, ими обитаемая, получила название Дешти Кипчак. Константин Багрянородный называет турецкий народ пацинаков старожилами земель по рекам Атиль, Гейх и Танаис; вообще же пацинаки, куманы, узы, как народы сродные, единоплеменные, были совершенно известны византийцам в конце VII века, а о куманах-половцах, принимаемых многими учеными за кипчаков, упоминается под 1078 годом.

В царствование Ботандата (Известия византийских историков, ч. 4, стр. 134) найманы, джалаиры и кереиты были народы монгольские, по свидетельству восточных историков, и имели еще до Чингиса своих ханов. Найманы жили около Каракорума, джалаиры и большие и малые ... составляли по ....

Кереиты были соседи найманов и, по словам Абульгази, были самые сильные из всех племен [ .] ] Конрады были монголы... Кияты были в родстве с Чингисханом и с его последующими потомками, через что беки их... имели большое политическое значение и силу; дулаты, суваны и уйсуны встречаются в [«Сборнике летописей» Рашид-Эддина] под именами [дуглат, уйшин] и являются в числе 10 племен монгольских, происшедших от норунов и киятов []. О движении народа усунь с северо-западных границ Китая в нынешний Илийский округ (в нынешние места кочевья Большой Киргизской орды) упоминают китайские историки еще за два века до Р. X. Племя аргын встречается очень поздно в числе народов монгольских Джагатайской орды. У Гулагу была жена из племени аргын.

Имен уак кирей, сколько мне известно, нет между древними племенами монголо-тюркскими, но в киргизской поэме Эдиге в числе беков Тохтамыша есть представитель уаков. О происхождении имен алчин, байулы, алимулы см. ниже.

Курлауты (древнее монгольское племя) составляют теперь между киргизами отделение от рода кипчак. Подобное соединение племени монгольского курлаутов к народу турецкому кипчак, в виде или качестве ветви его, действительно странно. Но, говорит Левшин, есть союз разных монгольских и турецких племен от Золотой... и Джагатайской орды, соединившиеся вследствие общих интересов и известных обстоятельств в одно политическое тело. Примеры подобных союзов в истории монголо-тюркских племен нередки, мы знаем монгольский союз ойратов и турецкий — уйгуров.

В смутные времена, предшествовавшие основанию ханств Казанского, Крымского и Астраханского, первые племена золотоордынские и джагатайские, раздробленные и разбросанные грабительскими смутами в разные стороны и страны, для обеспечения своих прав в местах своего кочевья составляли союзы и, пригласив какого-нибудь принца Чингисовой крови, провозглашали его ханом. Таким образом, из разноплеменных родов составилась политическая отдельная община () независимо [от их происхождения]. Так основались и утвердились орды... Ногайская — в Сарыйчаке, Могул-улус — в Ташкенте и Казак — в степях засейхунских. Всего больше утверждается это предположение замечательным составом родов киргизских: между ними вы встречаете кипчаков племени золотоордынского, аргынов — племени джагатайского, уйсунов — соседей уйгуров и джунгаров. Для большей ясности рассмотрим самое предание их о своем «народоначале».

Народ казак (так называют себя и зовутся от своих азиатских соседей киргизы) разделяется на три сотни — юз, которые русские называют ордами и которые по старшинству у них называются Большая, Средняя и Меньшая сотня (Улу юз, Урта юз и Кичи юз).

Большая сотня, или как принято орда, составляется из четырех главных основных родов: дулат, джалаир, абдан и суван, все они совокупно, в виде нарицательного имени, называются уйсун; название, происшедшее от имени сильного племени уйсунов, принадлежавших прежде к союзу вышепоименованных родов этой орды, но впоследствии присоединившихся к джунгарам и уйгурам; собственно же остатки их существуют и ныне и принадлежат в качестве отделения к роду дулат и называются сары-уйсун.

Среднюю орду составляют основные роды: аргын, кипчак, конрад, найман; второстепенные, присоединившиеся после — такие роды у киргиз называются джетыру — семироды: уак и кирей. Меньшая орда состоит из двух коренных родов: алим-улы, бай-улы и из одного ... — джетыру; алчин — собирательное имя всех родов Меньшей орды, так же как уйсунь — Большой.

Начало народа казаков или алач, как казаков, предание это определяет довольно положительно: если Тамерлан, в первый свой поход в 1392 г. на Тохтамыша, убил детей Алача и первого хана казачьего, то приблизительно можно полагать, что сам Алач мог жить в средине XIV столетия. Нет сомнения, что казачество началось и развилось в Азии п перешло к русским от татар; в русских летописях (в Псковской) рязанские казаки упоминаются в 1444 году, когда они пришли на помощь к Москве и [сражались] против татар, а в Украине 1517, по свидетельству ... [историка] Окольского, они ходили тогда на Белгород (Аккерман) под начальством гетмана своего Предислава Ланцкоронского (см. Карамзина. Прим. 411 к V т. и IV гл.). У татар они должны были развиться ранее. Привольные и обширные степи киргизские, как Украина для Руси, сделались местом стечения удальцов и батыров, искавших свободу и богатство в добычах. Если русские казаки, запорожские и донские, очень скоро составили отдельную и характерную народность, более или менее различную от великорусского населения, то нет сомнения, что смутные времена междоусобий орды, выгоняя не отдельные личности, как на Руси, а целые племена, способствовали к образованию отдельной казачьей общины из разнородных племен; — как русское казачество составилось из союза только разнородных и разноплеменных личностей. А потому начало союза Алач, татарских казаков, как казачества, я принимаю вполне и думаю, что миф киргизский о Алаче и Аласе, как выражение этого начала, имеет основание. У народов азиатских свобода и независимость могли обусловливаться только в лице отдельного хана и своего родоначальника. Усиление казаков союзом разных выбежавших () племен от орд Кипчаковской и Туркестанской, конечно, делалось и образовалось постепенно, исподволь. По старшинству племенных союзов они составляют старшие орды — Большую и Среднюю (см. выше родоподразделение киргиз) — перед казачеством (Малая орда, как мы заметили выше, происходит от первых бродяг-основателей). Можно полагать, что казаки присоединились к союзу племен, образовавшихся в степях киргизских. Кочевая степная жизнь и хищнические наклонности — общее свойство и наследие племен степных, кочевых, могло утвердить за новым союзом их новых поколений имя казак () которое, как можно полагать из Шейбани-намэ, в то время имело значение довольно почтенное и означало возвышенность духа, здравость — соответствовало европейскому рыцарству.

Кочевой степняк, для отличия от своих городских родовичей-соседей, узбеков и ногайцев, гордился именем казака — свободного степняка, кочевого человека. Г. Левшин говорит утвердительно, что в XVI столетии, в степях Кипчака и Чете, были два сильные владения: Улус-Могул под владычеством хана Дадана и Казак, и что в это-то время к казакам присоединились, или силою были присоединены, разные отпавшие от Золотой орды отделения многих народов, как-то: кипчаки, найманы, конрады, джалаиры, канглы и другие отрасли, коих названия ныне носят сильнейшие поколения, роды и отделения орд киргиз-кайсаков...

Сообразив образование некоторых второстепенных родов киргизских при последних ханах, его можно легко объяснить или даже привести общее правило племенному образованию и соединению орд казаков. Аблай-хан в одном из своих чапу на киргизов [1757] (для отделения от киргиз-кайсаков русские народу этому дают прилагательное дикокаменный, черный, а китайцы называют бурут) вывез в свою орду несколько сот джесырей (пленников); эти буруты, кочуя вместе с атыгаевским родом Средней орды от племени аргын, постепенно сливались и теперь составляют отделение этого рода под именем янa-киргиз и бай-киргиз и, для получения генеалогического права братства родов, производят себя от одного из 12 сыновей Даута (родоначальника атыгаев). Другой пример: род Большой орды — кереит — отделился от союза казаков и соединился с узбекскими родовичами кереитами, а небольшой остаток его, впоследствии возвратившийся в степь, пристал по соседству к Малой орде к се[миродскому] поколению и теперь составляет его отделение и производит себя от родоначальника этого поколения каракат ... а[?].

Сами же киргизы, как я заметил выше, названия своих родов объясняют именами родоначальников, предков; но о кипчаках, найманах, конрадах и о других основных родах говорят, как [о] народах древних, времен чингисовских, а современное соединение их в общий союз орд — каждое племя присоединившихся принимается за нечто неделимое ... и принимает значение генеалогическое.

Собственно прямыми потомками первых казачествующих батыров, давших первичную самобытную жизнь союзу их, почитают Меньшую орду, основываясь на древнемонгольском законе, который, надо заметить, имеет у них до сих пор наибольшую силу и значение, — что право на наследие родителей, на их имущество ... принадлежит младшему сыну, или младшему члену фамилии — кендже. Посему название алчин, собственное имя племени всей этой орды, производят от имени первого законника — бия Майки казаков. Алача, одно отделение этой орды байулинского рода, называется прямо алача.

Узбеки туркестанские, как видно из родового деления их, составляли также союз племен, но союз гораздо обширный, нежели союз казаков. Вот роды узбеков бухарских: конрад — в Карши, мангит — в Бухаре, хитай — в Яр-Кургане, кипчак — в Талекане, найман — в Зеидине, джалаир — в Пунджшамбе, сари и ябу — в Карши, capы-кита — в Кургане, диахли, минг, митан, бахрин, баркут, катаган, чендер, карa-калпак и другие. Кроме бухарских, род юз — в Кокане, лакай и юз — в Гисаре, конрат — в Байсуне и Оргендже — Хиве, дурман — [в] Кауадиане, каттан — в Кундузе, мойтан — в Кумуше, канезы — в Гейбаке и Ташкенте, кипчак — в Болоре, Хиве, Кокане, ябу — тоже в Болоре. Между племенами крымских и кубанских ногайцев есть племена найман, кипчак и конрад и, что особенно замечательно, роды киргиз и казаков

Известно, что ногайцы в XVI веке имели города и кочевали в степях, которые теперь известны под названием киргиз-кайсацких. Границей их земель на востоке были, как можно полагать по сохранившимся преданиям и остаткам мечетей, им приписываемых, — горы Алатау. Дикокаменные киргизы, живущие в горах и долинах Иссык-Куля, говорят, что в землях их прежде кочевали ногаи и что сами они частию происходят от смешения с этими ногайцами. Говорят также, что на берегу их озера прежде было несколько городов ногайских, землетрясение оборвало берег. Озеро Иссык-Куль в бурные и ветреные дни очень часто выбрасывает на берег принадлежности домашней жизни. Сказание о ногайских городах могло быть последним объяснением этого явления. Как бы то ни было, ногаи с казаками, своими соседями на юго-западе, и киргизами на северо-востоке (киргизы жили по Енисею, Томи и рекам Черная и Белая Юса и на восток могли простираться до рек Абакана и Ангары) были в отношениях близких и приязненных, по крайней мере, предания киргиз, где говорят о блаженных временах соседства ногаев и казаков, и все джиры их, близкие этому времени, начинаются так. Ногаи в средине XVII столетия, теснимые с востока калмыками, в движении своем на запад могли увлечь за собою небольшую часть совместно кочевавших казаков и киргиз. Хотя в книге Большого Чертежа сказано, что ногаи большие кочевали по Уралу до Синего моря (Синее море (по-казахски: К?кше те?із) — одно из названий оз. Балхаш.), но основываясь на известиях Миллера(Миллер Герард Фридрих (1705-1783) — известный историк и исследователь Сибири и Алтайского края, автор многочисленных трудов по географии, истории и этнографии народов Сибири и Казахстана, член Петербургской Академии наук. В течение 10 лет (1733-1743 гг.) обследовал архивы административных центров Западной и Восточной Сибири. Результатом этой работы явились 38 фолиантов копий актового материала («Портфели Миллера»). Главнейший труд Миллера — «История Сибири» в двух томах.), что в пространстве степи Тарской было несколько улусов ногайских, плативших дань русским, и, наконец, на том, что волости и городки сибирские: Мерзлый городок(Мерзлый городок — перевод названия древнего городка в Западной Сибири (см.: Г. Ф. Миллер. История Сибири, т. I, с. 292).), Тураш и Малогородские волости (за Тарой, вверх по Иртышу) и Вузюковы волости (близ озера Чаи(Чан — озеро, расположенное в Барабинской степи, в Западной Сибири.)), городок Тунус(Тунус — городок времен Кучум-хана на нижнем Иртыше, сожженный в начале XVII в. (см.: Г. Ф. Миллер. История Сибири, т. I. с. 45, 296).) [Заставный Кучумов городок] (по реке Туре), волости на Убинском озере у Барабе: Чангула, Лугуй, Келема и прочие, в 1594 году платили дань Алею-Мурзе (...платили дань Алею-Мурзе... — Ногайский мурза, которому в конце XVI в. платили дань несколько ногайских городков Сибири. См.: Г. Ф. Миллер. История Сибири. СПб., 1750, с. 272, 295.) ногайскому (Г. Ф. Миллер, История Сибири, изд. 1750 г., стр. 272 и 295), можно полагать, что кочевья ногайские простирались гораздо далее на запад от Ишима, где были пределы одной Ногайской орды, куда бежал в последний раз Кучум.

Довольно странно и замечательно, что все почти кочевые народы среднеазиатских степей все древнее приписывают ногаям и многие почитают их своими предками. Так говорят каракалпаки, дикокаменные киргизы, которые, судя по скудным фактам истории этого народа, особенного родства и соседства иметь не могли. Отчего или откуда происходит имя иогай?

В 1-й четверти XVI столетия в наших степях было большое брожение кочевых племен — независимость перекочевок; готовился переворот, нужна была новая жизнь. (Примечание Уалиханова).

(у ногайцев кавказских). В числе волостей башкирских есть род кипчак, который относительно коренных волостей составляет башкирское отродье.

Соединение почти одних и тех же племен монголо-тюркского корня в составе трех разных народов, родовые права союза, обусловленные в параллель братского союза, наконец, подтверждающие предания и исторические показания Шейбаниады и Абульгази о войнах узбеков, где, сохраняя их родовые права и старшинство от ... родов и действуя ... чуждым ..., каждое племя в лице родоначальника бия действует отдельно, сообразуясь только с общим интересом олицетворенного союза в лице хана. Все это, очевидно, подтверждает мое предположение о происхождении их, как союза племен, от Золотой и Джагатайской орд, которые, вследствие смут и беспорядков в XV веке, сдвинуты с коренных мест жительства и приведены в смутное, беспорядочное движение или бегство (бусу) — совершенно раздробились на части и попали в разные места и земли в смешении с ... отдельными частями других племен. Сначала [заботились] о самоохранении и сообразно с местными условиями мелкие части племен или искали защиты у более сильных, присоединяясь к ним в качестве [обособленной] части, или входили в более тесные, братские отношения, подотделения между собою, составляя общество, массу людей, для обеспечения себя от насилия племен сильных, т. е. менее раздробленных. Так могли образоваться первые союзы ...; какое бы то ни было соединение племен турецких кипчаков и аргынов, племен, образовавшихся очень поздно, при Гулагу, ясно указывает на позднейшее происхождение казаков и на происхождение их от смешения тюрков и монголов, но с значительным перевесом монгольского корня. Чрезвычайно трудно, почти невозможно, достоверно определить время начала самостоятельной, новой жизни этого союза, появления этого союза, как независимо целого народа, хотя народное предание относительно этого пункта и представляет довольно точные показания, но все они не факты исторические. Народные предания всякой жизни, особенно предания исторические, чрезвычайно любопытны, не хочу сказать важны; в этом отношении предания киргиз занимают почетное место по своей чрезвычайной простоте, ясности и по отсутствию сверхъестественного и баснословного и во многом подтверждаются известиями Абульгази и особенно [Джами’ат-таварих], которая замечательна уже тем, что написана киргиз-кайсаком. Несмотря на изустную передачу, в продолжение многих лет и через уста многих поколений, все древние джиры и предания, благодаря удивительным способностям и памяти импровизаторов и любви самого народа до песен, джиров, преданий и сказок о подвигах своих предков, сохранились до сих пор довольно чисто, и все их списки, собранные из разных отдельных частей обширной части степей, чрезвычайно сходны. О киргизах можно положительно сказать, что они сохранившийся остаток древней татарщины, со всеми их поверьями, обычаями, увеселениями, но с более умственными достоинствами — с огромным запасом исторических преданий поэтического свойства, с песнями импровизаторов, бывших в разные времена, с любовью к музыке и увеселениям и с огромным кодексом определенных народных прав, судебных разборов и полицейских мер. Нет ни одного достопамятного события, ни одного замечательного человека со времени самобытной жизни этого народа, воспоминание о котором не осталось бы в народной памяти. Один воспет импровизатором, имя другого обессмертил в памяти предков какой-нибудь бессмертный знаменитый музыкант — чебезгичи или кобузчи. Каждый почетный киргиз-родоначальник знает всю генеалогию своего рода и, чтобы быть благовоспитанным и порядочным человеком, усердно изучает народное право под руководством старого бия, пользующегося в народе репутацией, юридическою известностью, и совершенствуется в красноречии, приобретая на память множество поговорок, пословиц, забавных анекдотов и употребляя их для украшения своих речей, а последнее обстоятельство — сообщение им занимательности и отчасти забавного юмористического характера, до которого киргизы большие охотники. Но, увы, через десять лет мы можем сказать только: так было прежде; так сильно изменяется народ наш.

Из преданий о происхождении киргиз замечателен джир ахуна из племени аргын, из рода атыгай и поколения худайберды и отделения его баембет-чала, современника прадеда моего, хана Аблая. Знающих эту эпопею теперь очень мало, по крайней мере, я до сих пор не имел случая ее слышать. Говорят, что Чал в своем джире собрал все народные сказания, относящиеся до происхождения киргиз, и составил полную генеалогию ханов, родоначальников и племен, происшедших от Алача (разумеется весь народ) включительно до Худайберды-батыра, одного из 12 сыновей Даута, родоначальника 12 поколений атыгеевского рода. Мы не имеем под рукою этого эпоса, да и к настоящему случаю и не считаем его нужным, а потому вниманию вашему предложим общее народное сказание, известное каждому киргизу, питающему хоть малую претензию на белобородство и старое ухо (каре-кулах — много слышавший).

Давно, очень давно, был в Туране государь по имени Абдулла, а по другим Абдул-Азис-хан, у этого государя был прокаженный сын, названный потому Алача — пестрый. Отец его, исполняя древний обычай изгонять всех одержимых этой прилипчивой язвой, изгнал и сына своего. В то же время многие подданные, недовольные жестокостью Абдуллы и побуждаемые голодом, отправлялись в степи, лежащие на север от р. Сыр, в пески Каракум и Бурсук, и начали казачествовать. Храбрые и удалые батыры усилились до трех сотен и приобрели в скором времени известность, силу и богатство. Проходит несколько лет, начинаются бедствия: шайка казаков всюду терпит беспрестанное поражение от соседей. Степная вольница чувствует голод, а безначалие и несогласие членов братства приводит их в расстройство и междоусобие. К довершению несчастия сам Абдаллах, пользуясь временем, начинает поиски, и только сила провидения спасает их от конечной гибели. При таком плачевном ходе дел среди двух сотен является мудрый старец Алач (иностранец, чуждый) и говорит им речь до того сильную и убедительную, что казаки провозглашают его своим родоначальником и судьей, а по совету его приглашают прокаженного сына Абдуллы Алача и ставят его ханом. Таким образом, степные бродяги-казаки, сделавшиеся уже благоустроенным обществом и в некотором смысле нацией (если слово это можно применить к народности кочевой), в ознаменование своей независимости, отдельности, в память именно своего хана Алача и отца-судьи Алача, назвались Алач или по числу сотен — Уч Алач (три сотни). (Довольно хитрое сплетение Алачей). Но, несмотря на внешнее перерождение, соседи и сам Абдулла смотрели на них все еще как на бродяг-разбойников, и название казак осталось за ними и тогда, когда Алач, с сыном Алача, в полном составе всех трех сотен, пользуясь голодом и болезнями в народе Абдуллы, заставил его письменно признать их независимость. Так Алач сделался народом Алача его ханом.

Далее предание говорит определеннее: Аксак-Темир (Тамерлан) в первый свой поход на Тохтамыша, проходя через кочевье казаков Каракума, заметил их, разгромил их улусы и повесил двух ханов — Амета и Самета — и отправил к ним для распространения истинных правил веры и для искоренения шаманства учителей машаиха. Все развалины мечетей, надгробных и могильных гробниц принадлежат как этим, так и впоследствии... в степь.... До Тамерлана киргизы поклонялись духу предков — арваху, огню, как очистительной силе, луне, солнцу, земле и животным, составляющим их богатства, обоготворяя каждую породу в индивидуальном лице, так называемых: конский отец Онар-ата, [Зенги-ата] (отец коров) и прочих не почитали за священность, но поклонялись всем ... вещам, приносящим человеку пользу.

По преданию киргиз неизвестно, когда явилась к ним фамилия Уруса и кто из детей его был первым ханом киргизским. Предания киргиз, хотя и говорят о Джанибеке, как о своем хане, но не менее того не сообщают ничего ясного на вопрос: сам ли он пришел к ним первый, или его предки. В [«Сборнике летописей» (Жалаири)] мы не находим также ничего определенного, только на стр. 14 говорится, между прочим, что правое крыло войск Уруса составляли канглы в числе 2000, а левое — народ Алач-Мены. По преданиям известно, что Джанибек был государь мудрый [аз], вот отчего киргизы называют его не иначе, как с эпитетом Аз [Джанибек], и известно, что визирем его был умный и красноречивый Джиренче-Чечен. Изречения, уподобления его как пословицы употребляются киргизами и теперь, а самое название его сделалось нарицательным именем оратора. На вопрос, когда пришли султаны фамилии Уруса, предания, как я уже заметил, отвечают совершенным молчанием — известно, что подданство их хана Алача прекратилось вместе с убиением его сыновей Тамерланом и известно также, что степь их служила местом укрывательства для всех разбитых и изгнанных из Орды принцев.

Но, несмотря на это совершенное безведение преданий Абульгази и [Жалаири], наконец, русские летописи представляют несколько хронологических данных, приблизительно объясняющих и определяющих эту эпоху и годину Джанибека, первого известного хана, по преданию киргиз. Общество казаков, уже однажды имевшее хана, не могло, как в видах своей самостоятельности, так по общепринятому монгольскому принципу непременно иметь среди себя представителей белой кости [ақ сүйек], существовать без ханов или султанов. После детей Алача были у них ханы — это несомненно, но кто они? О фамилии Уруса исторически известно вот что: фамилия, из которой происходит Урус, по свидетельству Абульгази, была младшая отрасль джучиханидов; родоначальник ее был Тогай-Тимур. По прекращении царствования линии бутуханидов дом этот, в лице хана Уруса, объявляет вместе с Тохтамышем, представителем другой отрасли этого рода джучиханидов, претендентство на Сарайский стол и впервые выступает на ханство в лице Уруса, царствовавшего до 1360 г. . По времени царствования и по сходству имени его можно принять за того хана, который царствовал после Кульпы, но известен в русских летописях под именем Науруза и был убит сыном своим ... ханом Хидырем; по крайней мере, в русских летописях никакого хана Уруса нет.

Вообще в историях об этом хане у восточных историков много противоречий: Григорьев (История монголов, стр. 41) говорит, что Урус по прямой линии происходит от Батыя и что он вел войну с Тамерланом, мстя за смерть сына своего Бугай-Салтана. Далее говорит, что Тимур-Кутлук был сын Бугай-Салтана. Эти известия диаметрально противоположны показаниям Абульгази; по автору [«Родословной истории] татар», Урус был потомок не Батыя, а Токай-Тимура, а Тимур-Кутлук, хотя и происходил от рода Токай-Тимура, но от другой линии: Джучи, Токай-Тимур, Уз-Тимур; у него два сына: Ходжа и Абой. Урус был внук Ходжи, а Тимур-Кутлук сын Али-Тимурбека был праправнук Абоя. (Абульгази, стр. 111). Абульгази говорит из рода Ак- мангыт был некто Кутлук-Каба, он имел одного сына и одну дочь, которую взял один из сыновей Эмир-Тимура. Тимур-Кутлук от них произошел на свет. Это известие явно противоречит его показаниям, очевидно, что имя Эмир-Тимур [] — описка переписчика вместо Кутлук-Тимура. Кутлук-Тимур, по Абульгази, имя деда Тимур-Кутлукова. Отец его, по Абульгази и [Жалаири], был Али-Тимур-бек оглан [] последний называл его просто Тимур-беком.

Как бы то ни было, Урус родоначальник киргизов был ханом Золотой орды во время царствования и изгнания из орды Тохтамыша, который бежал к Тимуру и жил у него до тех пор, пока по низвержении Мамая, при помощи его, мог сделаться ханом; и Урус был побит в войне с Тохтамышем, и его потомки, по уверению г. Григорьева (см. статью «История монголов»), укрываясь от преследования Тамерлана, должны были бежать в разные стороны; сын его Койручук был также ханом в орде. Карамзин, основываясь на переводе историка Шерефедина-Али-Эзди, говорит, что Тамерлан при втором походе своем в 1395 г. на Тохтамыша поставил в орде ханом Койручук-оглана, сына Урусова. Барак, сын его, по словам Абульгази, был ханом Золотой орды. Известно и из русских летописей, что в 1422 г. (примечание 24-е к 5-му тому II главы Истории Карамзина) приходил к Одоеву царь Барак с каким-то ханом Куйдодатом, или Chudandaht (История России Соловьева, примечание 27-е, т. IV). Шильдбергер в своем путешествии говорит, что после изгнания Керей-Бердея Кибаком (Thebac) Идигей взял царство Зегре, который был изгнан каким-то Machmoudóm, но вскоре царь Waroch изгнал его и сам также был изгнан им же, пришел взять Зегре и убил Махмута. [Шильдбергер] называет этого Барака сыном Кырджака (нет сомнения — испорченное Койручук) и ставит его 36-м ханом в орде. Вот порядок ханов после Керей-Берды: 28) Керим-Берды, 29) Кебек (Тохтамыша сын), 30) Чегре, 31) Джабар-Керей-Берды (сын Тохтамыша), 32) Сеид-Ахмет, 33) Дервиш, сын Илаги, 34) Магомед, 35) Даулет-Берды, сын Таш-Тимура, 36) Барак, сын Кыржака, 37) Геяс-уд-дин Шади-бек, 38) Мухаммед, сын Тимур-хана. В истории этот Варак, мы совершенно узнаем [как] нашего Барака, который, по свидетельству Абульгази, был изгнан Махметом, сыном хана... Ичкили Хасан-оглана, из фамилии также Тогай-Тимуровской.

Но миф о происхождении казаков мы не имеем никакой возможности [объяснить]: Абульгази, историк монголо-тюркского корня, в своем «Родословном древе тюрков» m не обратил никакого внимания на киргиз, что и вызвало справедливое негодование почтенного описателя моей родины, господина Левшина, как ближайший сосед киргиз, он имел к тому удобный случай и повод, наконец, в видах благодарности за гостеприимство хана киргизского Ишима, укрывавшего его во дни его казачества в резиденции своей, Туркестане. Он должен был сказать что-нибудь подробное и обстоятельное, а не несколько брошенных вскользь родословий султанов киргизских от Чингиса до Джанибека.

В [трудах] Рашиддина и Джувейни и других восточных писателей, судя по времени и по содержанию, сведения более [сказывают об истории ханов] джагатайских и о ильханах, ничего о киргизах не может быть. В Шейбани-намэ мы не нашли также ничего, кроме некоторых отрывочных сведений, которые, впрочем, не показывают решительно ничего: Шейбани-намэ, стр. ... Мухаммед-Шейбани-хан перед походом своим на Мерв в 1510 г. загнал казаков на гору Улутав. Говорят еще: все [пошли вместе] с Бурундуком за Ташкент.

Нет сомнения, что в отношении сведений о киргизах самое первое место занимает «Сборник летописей» издания Березина (Казань, 1854 г.), замечательный тем более, что представляет единственные памятники прошедшей жизни казаков, хотя исторических фактов в нем и нет, но полная генеалогия султанов и ханов казачьих дает нам возможность проверить современными данными хоть одно из [исторических] сказаний киргиз и поверить достоверность сведений самой книги с известиями русскими, находящимися в посольских бумагах и актах сношений с ногайцами.

«Сборник летописей» написан в конце царствования Бориса Годунова, около 1000 г. геджры, когда [правил городом Касимом] султан Ураз-Мухаммед ..., с которым [находился в России автор хроники], неизвестный по имени ... Хроника эта написана чисто арабским языком и ... переводным словом, зато узбековских, степных уподоблений, поговорок бездна.

Разделяя изгнание [Ураз-Мухаммеда], автор был сделан ханом [секретарем]. Автор говорит, что он написал эту хронику во имя гостеприимства и покровительства царя Бориса [Годунова]. Известно, что Ураз-Мухаммед-султан, впоследствии хан касимовский, был сын султана Ондана и племянник киргизского и калмыцкого хана Тауке. [В] 1587 г. султан этот был взят воеводою Данилой Чулковым в плен вместе с царевичем сибирским Сейдяком. В «Сибирских летописях» он просто называется царевичем Киргизской орды салтаном. В том же году он отправлен в Москву, где был принят ласково царем Борисом и через несколько лет сделан ханом касимовским. Автор этой книги, как видно из слов его, был земляк султана Ураз-Мухаммеда и принадлежал к роду (гребнетамгового) из джалаиров у и товарищ его неволи. Благодеяния и милости Бориса Федоровича к его хану и ему были причиною появления этой книги. Основываясь на этих указаниях автора о себе, ясно, что был он земляк султана Ураз-Мухаммеда и был из главного рода джалаиров [тарак тамгалы]. Джалаиры принадлежат к старшим родам киргизским и состоят в Большой орде.

* * *

В союзе узбеков были манкиты (каракалпаки) и киргизы. Отличительная черта народов, происшедших из узбекских поколений, выражается явно родоподразделениями, в которых вы видите название разных монголо-тюркских народов.

Кипчаки существуют между узбеками, киргизами, ногаями, найманами, тоже кереиты и т. д. По преданиям узбеков, вот название первого союза, т. е. 96 племен. Три поколения мын, юз и кырк под общим именем тюрк (это потомки древних тюрков), уки, ункоджи, джалаир и прочие. Собственно отдельный союз казаков произошел вторым из поколений [ногайских] и узбекских; время этого переворота неизвестно, но было незадолго перед Тамерланом, который в походе своем на Тохтамыша [1392] убил детей первого киргизского хана Алача.

После пресечения потомков Алача-хана, предание киргиз считает своим ханом Джанибека, сына [Барака]. Во всяком случае, по преданию, Джанибек был первым ханом казаков из фамилии Джучи-хана. Абульгази сыновей Джучи называет ханами казаков. Время управления Джанибека, когда две родные орды ногаев и казаков жили вместе, воспевается в киргизских поэмах, как золотой век. К этому времени принадлежит большая часть преданий, нравственные изречения Джиренчи-Чечена (мудрого), [Аз]-Джанибека и ногайского философа Асана Горемычного (Асан-Кайгы) употребляются степняками до сих пор. По преданиям, в то время было движение () с юга на север. Первое должно относиться к эмиграции узбекского хана всей [ордой], а второе могло произойти от усиления [джете] и от расширения их пределов к Или и Балхашу.

XVIII столетие было временем ужасов и внутренних войн. Предания, относящиеся к этому времени, отличаются мрачным, погребальным характером. Чужеземные враги стесняют их с родных мест, исторгают, разрывают родственный (союз) казах и ногай. Ногайцы, стесненные калмыцким Хо-Урлуком, уходят за Урал и Волгу, а казаки на юг, и в 1636 г. мы видим хана киргизского Ишима и Турупа — одного в Туркестане, другого в Ташкенте. Знаменитый в степях «плач» на раздвоение ногаев и казаков играется до сих пор степными музыкантами на [кобызе] и исторгает слезы у старых аксакалов. «Когда сто тысяч ногайцев взволновались, когда Урмамбет-бий умер и самые черные леса загорелись», — поет степной Боян.

Поговорка: «Намутил, как пестрый жеребенок» объясняется преданиями калмыков. В Кульдже я говорил с одним старым [туульчи] знатоком ойротской старины. Он пел мне все свои древние песни о движении Хо-Урлука, о победах над ногаями и казаками. В какой степени унылы и мрачны предания киргиз об этой эпохе, в такой степени восторженны и исполнены гордости предания калмыков. В этой песне я нашел ключ к объяснению вышеприведенной поговорки. Ногайцы в страхе каждый день ожидали нападения калмыков; калмыки, боясь силы ногайцев, не смели на них нападать. Вдруг ночью в улусах ногайских отрывается от привязи пестрый жеребенок и производит суматоху в стаде. Ногайцы... в страхе бегут, оставляя родную землю, скот, и после этого калмыцкий тайша Сары-Манджу сделал [чапу] в лесах [орских и объявил], что отныне земли принадлежат им.

Источник: Валиханов Ч. Ч. Собрание сочинений в пяти томах. Том 2 – Алма-Ата, Главная редакция Казахской советской энциклопедии, 1985, 2-е изд. доп. и переработанное, стр. 148-166