ИЗ ЗАМЕЧАНИЙ ПОРУЧИКА СУБХАНКУЛОВА

Черновой набросок, составленный на основе документов, взятых из архива Военно-топографического депо. Исходя из этого, несмотря на отсутствие датировки, автограф можно отнести к периоду пребывания Ш. Уалиханова в Санкт-Петербурге, т. е. 1860-1861 гг.

Черновик содержит сведения о среднеазиатских ханствах начала XIX в.

Угощение пловом во дворце Бухарского эмира

Приехав в Бухару, Субханкулов представился бухарскому эмиру Мир Гейдер-хану, вручил ему высочайшую грамоту и письма от государственного канцлера Румянцева и от оренбургского военного губернатора князя Волконского. 28 генваря (1810 г.) хан пригласил поручика к обеду, «почтил его приличным азиатскому обыкновению подарком» и дал письмо на имя государя.

В Бухару приходят караваны из Кокана, Ташкента, Кашгара, Мешхеда, Герата, Кашмира, Индии, Хивы и других городов.

С декабря начинают торг, а 15 апреля разъезжаются по «удобным местам». Евреи занимаются шелководством и красильным ремеслом. В его время в Бухаре были армяне, «турхменцы отправляют военную службу».

Субханкулов рассказывает об отношениях бухарского эмира к Хиве и Кокану следующее.

О каракалпаках кунградских. В 1809 [г.] кунградские каракалпаки (каракалпаки рода кунград, надо полагать), кочующие по Яны-Дарье под предводительством своего «старейшины» Тюря-Мурад Суфия, напали на хивинский караван, возвращавшийся из чиклинских родов, где производил торг, ограбили и убили несколько человек. Хивинский хан Мухамед-Рахим, узнав об этом происшествии, послал для наказания каракалпаков войско, которое разбило их аулы и взяло до 300 человек с семействами в плен. Хан хивинский требовал, чтобы каракалпаки переселились в Хиву или ушли в Киргизскую степь, но предложение это было отвергнуто.

Тюря-Мурад прежде управлял ордой вместе с братом своим Ходжа-Мурадом, но в 1807 году между братьями произошли несогласия: Ходжа-Мурад хотел убить Тюря-Мурада, но последний бежал в Бухару и просил покровительства (войск) у эмира. Ходжа-Мурад, боясь бухарского хана, бежал в Хиву, где и был убит; таким образом, Тюря-Мурад сделался единственным «начальником кунградского народа, живущего при Аральском море». Между Кунградом и Хивой живут еще каракалпаки, начальником избран из среды их Айдус-бий. Тюря-Мурад хотел, чтобы Айдус признал его власть и бухарское протекторство, и так как тот не захотел этого, то между ними завязалась непримиримая вражда. [В] 1809 [г.] Тюря-Мурад жаловался Мир-Хайдару на каракалпаков Айдуса и на хивинского хана и просил десять тысяч войска, но эмир послал к нему в 1810 [г.] четыреста человек, чем это кончится — неизвестно. Зимой 1810 года Тюря-Мурад напал на чиклинцев, кочующих по Сыр-Дарье. Киргизы хотя отразили их, но, побоявшись его, удалились к границам Оренбургской линии.

О Хиве. Между Хивой и Бухарой существует сильная вражда, но торговля продолжается.

О Кокане и об Урятюбе. В 1807 [г.] кокандский хан Алим5 напал на Урятюбу — «пограничный бухарский город» и взял в плен брата Хаким-бия Кабил-бия (они дети Уткур-Суфи; это, должно быть, урятюбские аталыки) с «войском бухарским».

[В] 1810 году 5 генваря Алим-хан вторично напал на Урятюбу и пленил многих бухарских солдат и туземцев «с имуществом». От Бухары до Урятюбы восемь дней, от Кокана столько же. 15 генваря бухарцы взяли полтораста человек кокандцев и привезли в Бухару. 20 и 24 генваря бухарский эмир отправил против кокандцев до восемнадцати т[ысяч] человек, но это войско, дошед до Джизаха, осталось там, не осмеливаясь идти на кокандского владетеля.

О Ташкенте. В апреле кокандский хан взял Ташкент, начальник которого искал защиты у эмира и поднес ему подарки.

О Бухаре. С 1 апреля до 18 мая в Бухарском ханстве свирепствовал жестокий ветер: целые селения, сады и дома были занесены песком. Хлеб от жестокой зимы замерз. Сделался голод. Рынки в городе опустели, торговля остановилась, продажи хлеба и других съестных припасов не было, начались воровство, грабежи и убийства. «Хан принужден был прибегнуть к насильству: приказал разломать житницы с хлебом и пустить оный в продажу». Голод заставил иноземцев оставить Бухару. Сами бухарцы также стали переселяться в Самарканд, Шахрисябз, Кокан, Хиву, и прочие азиатские города. Третья часть туземного населения оставила отечество.

О Кокакде. Пользуясь этими невыгодными для Бухарин обстоятельствами, кокандский хан по взятии Ташкента приступил опять к Урятюбе и разбил наголову бухарцев. Эмир июня 19 (1810 г.) собрал три тысячи войска и выступил против кокандцев к Урятюбе с пятнадцатью зенбураками на верблюдах и с девятью пушками посредственной величины [на] двух колесах, запряженных в одну лошадь, но 22 июня возвратился обратно вследствие ропота в войске, которое не получило ни жалованья, ни провианта, ни лошадей и вообще никакого содержания. Между прочим, в городе распустили слух, что он разбил кокандцев и четыреста человек взял в плен. Однако ж хан приказал войску быть готовым к походу. Далее неизвестно: Субханкулов выехал в это время.

На обратном пути каракалпакский хищник Ак-Кучкар напал на караван на реке Яны-Дарье, но был отражен и сам попался в руки каравана. После этого каракалпаки сами провожали караван через свои улусы и через кочевья чумекейских киргизов. Бухарский караван в семьсот верблюдов остался зимовать на Сыр-Дарье.

Источник: Валиханов Ч. Ч. Собрание сочинений в пяти томах. Том 3 – Алма-Ата, Главная редакция Казахской советской энциклопедии, 1985, 2-е изд. доп. и переработанное, стр. 300-304