[О БАЯН-АУЛЬСКОМ ОКРУГЕ]

(Письмо из Омска. 10 марта 1857 г.)

Эта работа впервые была опубликована в газете «Русский инвалид» (1857, № 195) и, вероятно, является одной из ранних статей Ч. Ч. Валиханова, написанной в конце 1856 г. (хотя в газете она датирована мартом 1857 г.). Имеет примечание К. К. Гутковского, в котором впервые даны сведения о Чокане как авторе этой заметки. Стиль ее несколько отличается от манеры изложения Ч. Валиханова, что, по-видимому, объясняется вмешательством в текст редактора газеты. Заголовка у статьи не было изначально. Она вышла под рубрикой «Военный листок» и была озаглавлена просто «Письмо из Омска». Условное название «О Баян-Аульском округе» было дано издателями «Собрания сочинений Ч. Ч. Валиханова» в пяти томах 1961-72 гг.

Предварительно надо сказать, что из двух киргизских орд, принадлежащих Сибирскому ведомству – Средней и Большой (Малая состоит в Оренбургском ведении), первая относительно правительственного деления разделена на две обширные области: сибирских киргизов и Семипалатинскую. Области эти делятся на округа, округи – на волости, а последние – на отделения и аулы. Управление областями вверено военным губернаторам, а управление округами сосредоточивается в окружных приказах, состоящих из трех заседателей и прочих чинов гражданского ведомства, а также заседателей от киргизов под председательством старшего султана, избираемого народом и утверждаемого в этом звании генерал-губернатором. Эти лица составляют общее присутствие приказа и журнальными постановлениями производят все распоряжения, суд и расправу в границах присвоенной им законом власти.

Из этого легко усмотреть истинно отеческое попечение о своих новых подданных нашего правительства, оставляющего в главе их управления киргизов же, которые могут более других понимать нужды своего народа, а понимая с каждым годом более и более благие предначертания правительства, могут с уверенностью в пользе прививать все клонящееся истинно к совершенствованию и благу своих соплеменников. Не могу умолчать о весьма важном значении заседателей, так как оно далеко не соответствует значению, которое имеет сходное по титулу звание в наших судах. Заседатели в окружных приказах киргизской степи должны быть сеятелями в народе, недавно вошедшем в состав образованной нации, всего лучшего, искреннего, человечного. При уме, силе воли, честности, благородстве и теплой душе заседателей сколько они могут сделать добра сотням тысячам народа?.. Такое призвание разве не достойно истинно возвышенно образованных молодых людей, проникнутых патриотизмом?.. Сверх помянутого правительственного места, для сохранения внутреннего спокойствия в каждом округе есть еще военные отряды.

Так управляется и округ Баян-Аульский, приказ которого находится в Баян-Ауле, называемом селением, пока не достигнет [он] по развитию своему степени города, что недалеко при редком, неутомимом и просвещенном стремлении нынешнего развития Западной Сибири подвигать вперед все части, ему подведомственные, изыскивая к тому и все средства.

Кроме правительственного деления, есть у киргизов еще деление родовое, обусловливающее родовые права и отношения одного поколения к другому степенью кровного родства. Все три орды, составляющие союз казах (так называют себя киргизы), считают своим родоначальником некоего Алача, что значит чужеземец, или, буквально, «не наш». Слово «казах» трудно передать буквально в переводе; некоторые говорят, что слово это значит наездник, другие, более знающие язык, переводят его словом бродяга или скиталец. Кто такой был Алач, откуда он взялся, народное предание повествует различно. Одно из таковых гласит, что Алач был Алат, или сибирский татарин, много будет чести тому, кто исследованиями объяснит происхождение киргизского народа. У одного из потомков Алача был сын Аргын, родоначальник обширного рода аргынов. Он имел несколько жен, от старшей, по-киргизски байбче, родился только один сын Мейрам, потомки его известны под общим именем байбише баласы, т. е. старшей жены сыновья, славные в преданиях народа своим богатством, силою, воинственностью и неукротимостью. Потомки других жен Аргына, не отличившиеся качествами мейрамцев, называются мумын – смирные. Киргизы Баян-Аульского округа имеют гордость происходить от неукротимого Мейрама . У Мейрама были два сына: Куандык и Суюндык. От первого произошли роды алтайский, карпыкский, токинский, входящие в состав Акмолинского округа, а от второго произошли роды айдабульский и каржасский, составляющие с бассентеинским родом одну из смирных волостей Баян-Аульского округа .

Третье деление киргизов – это деление на сословия: на белую кость и черную кость. Белую кость составляют только султаны, потомки монголов, завоевателей киргизской степи, производящие себя от одного из сыновей Джучи-Токай-Тимура, внука Чингисхана. До появления султанов родовые князья киргизов были бии, родоначальники почетнейших племен и представители старшей линии в роде.

До настоящего времени киргизы прибегают в некоторых случаях к суду биев, которые сохранили свое звание, но без прежнего их значения. Несмотря на покорение киргизов потомками монголов, в этом народе не существовало рабов. Если и были рабы, то из иноплеменных, захваченных при набегах или добровольно закабаливших себя.

В родах киргизов Баян-Аульского округа султаны имели менее значения, нежели в других родах, а роды эти управлялись сильными родоначальниками – биями. Особенно известны в народе бии: в айдабульском роде – Чон , а в каржасском – Чорман, по прозванию Чечен (мудрый), знаменитый умом и хитростью. Чорман, обладая редким даром слова, 14 лет от роду был уже родоначальником – бием – и в одном тяжебном процессе славно защитил своих родовичей перед лицом хана Вали. Чечен был отец нынешнего правителя округа, т. е. старшего султана войскового старшины майора Мусы Чорманова.

Первое сношение киргизов с русскими началось при царе Федоре Ивановиче, [причем] с Малою ордою, не принесшее никакого полезного результата. Действительные же сношения начались при Петре Великом, который имел в виду подчинить Хиву, чтобы открыть торговый путь в Индию и Китай. Киргизский султан Каип , впоследствии хан хивинский, в 1718 г. послал Петру грамоту с предложением всегдашнего мира и дружбы, в 1732 г., при императрице Анне Иоанновне, ханы Малой орды – Абулхаир и Средней – Шемяке , оба из султанов, как и все ханы, приняли присягу на вечное подданство России. Вследствие этого статский советник Кириллов в 1735 г. положил основание Оренбургу. Хотя преемники Шемяке – владетели Средней орды: хан Абулмамбет и султан Аблай (впоследствии хан) подтвердили эту присягу, но по невежеству и упрямству своих родовичей склоняемы были к поступкам, противоречившим видам правительства русского, и вынудили оное упразднить владетелей орды. Еще при жизни последнего хана Средней орды Валия приступлено было к преобразованиям существенным и более прочным. В 1800 г. положено было основать в г. Петропавловске (Тобольской губернии) пограничный суд для разбирательства тяжб между линейными жителями и киргизами под председательством сына ханского Аббаса, но это осталось лишь в проекте. После смерти Валия достоинство хана упразднено и создано для управления киргизами в 1822 г. сибирское учреждение, примененное к общему губернскому управлению империей, для чего вместе с тем основана была Омская область, в состав которой вошла Средняя орда, разделенная на округ со своими управлениями, приказами. В 1838 г. Омская область упразднена, и для управления киргизами учреждено пограничное управление под председательством пограничного начальника.

Основание округов с приказами происходило в следующей постепенности: в 1824 году открыты приказы Каркаралинский и Кокчетавский, в 1831 году – Аягузский, в 1832 году – Акмолинский и 22 августа 1833 года – Баян-Аульский; потом основаны еще два округа: Кушмурунский в 1834 году и Кокбектинский в 1844 году.

При разделении в 1854 году, по проекту нынешнего генерал-губернатора Западной Сибири, генерала от инфантерии Г. X. Гасфорта, киргизских округов Средней орды на две вышеупомянутые области степь приняла совершенно новый вид. Утвержден внутренний киргизский Семипалатинский округ из киргизов, издавна кочующих на правом берегу Иртыша, входящий в состав Семипалатинской области и находящийся в пределах Томской и Тобольской губерний. В том же 1854 году из нескольких волостей Аягузского округа повелено образовать новый приказ Копальский, открытый в нынешнем 1857 году. Управление этими двумя последними округами сосредоточивается в руках особых военно-окружных начальников. Все селения Семипалатинской области вследствие данных к развитию в оной хлебопашества, промышленности и торговли переименованы в города. Крайне было бы любопытно знать, из каких глубоких соображений настоящего и будущего положения киргизской степи исходил генерал-губернатор, всеподданнейше представляя проект свой о разделении оной на области и устройстве степи вообще? Этот труд глубоких соображений, основанных на отличном изучении края при неутомимых посещениях его. Так как это не входит в рамки моих путевых впечатлений, то ограничусь лишь одним указанием. Учреждение областей из Средней орды, занимавшей обширную степную полосу земли, простиравшуюся более [чем на] 900 тыс. квадратных верст, устранило крайне затруднительное управление киргизами, сосредоточившееся в одном Омске, и дало возможность к быстрейшему и более точному решению дел под наблюдением двух начальников, могущих обозревать подробно вверенные им области и с точностью вникать в нужды, в дела киргизов. С утверждением двух областей уничтожилась мысль о существовании за нашею границею Средней орды. Одним росчерком пера, так сказать, без малейших сомнений и колебаний, обширная страна, поделенная на две области, со своим населением до 400 тыс. жителей, с будущими надеждами вошла окончательно в пределы империи на прочное с нею слияние!

После этого важного правительственного шага по всеподданнейшему представлению генерал-губернатора ныне благополучно царствующий император в третий день ноября 1856 г. повелел учредить Алатавский округ, состоящий из лежащего в Центральной Азии Илийского края с укреплением Верным, городом Алма-Аты по туземному, находящимся приблизительно на одной широте с Пизой и Флоренцией . Округ этот, заключающий кочевья Большой орды, богатый природою и дарами самой южной, роскошной растительности, без сомнения, должен играть впоследствии важную роль в торговле и промышленности нашей, тем более что границы Китая, Ташкента и Кокана окружают его с востока и юга; судоходная река Или, разделяющая его на две половины, обещает значительное облегчение нашей торговле, проходя около города Кульджи, столицы западных провинций Китая, отстоящего от укрепления Верного на 400 верст. Или впадает в озеро Балхаш, на котором уже открыто судоходство. От этого озера прекрасное сухопутье ведет по речкам с привольными пастбищами через Каркаралы и Баян-Аул в станицу Коряковскую , оттуда Иртышом через Омск до Тюмени, замечательного торгового города в Западной Сибири, и таким же образом обратно. Ясно, что Алатавскому округу предстоит завидный жребий в торговом отношении России, а укреплению Верному предназначено быть ключом нашей торговли с Центральною Азиею. После изложенного нужно ли говорить о высокой важности этого вновь высочайше утвержденного проекта? Дело говорит само за себя.

Упразднение достоинства ханов, разделение степи на округа и введение для управления киргизскою степью сибирского учреждения, стало быть, совершенно нового порядка вещей, как и надо было ожидать, обошлось не без смятений. Султан Касым в 1825 г. и впоследствии дети его Сарджан и Кенесары во главе недовольных подняли мятеж и производили беспокойства до 1846 г., прекращенные оружием. Кенесары, отважнейший из мятежников, преследуемый отовсюду казачьими отрядами, бежал в горы Кунгей Алатау и пал в ужасной стычке с дикокаменными киргизами, народом хищным. Из числа дикокаменных киргизов часть таковых, и именно род бугу, в 1855 г. принял подданство России. Несмотря на волнения, введение сибирского учреждения шло с большим прогрессом, и около 1844 г. все отпавшие волости возвратились. Баян-Аульские киргизы оставались не без участия в мятеже. Увлеченные, в 1842 г. они после двухгодичного скитальничества по пескам голодной и безводной степи, лишенные скота и имущества, против воли Кенесары решились преклонить повинные свои головы. Тайджан Азнабаев, заседатель от киргизов в Баян-Аульском приказе, как чиновник, изменивший присяге, расстрелян в Акмолах в пример другим. Эта была последняя мера строгости со стороны правительства. С тех пор спокойствие и покорность, с одной стороны, с каждым годом все более и более водворяющиеся, и острожные кротости, с другой, представляют самые утешительные результаты.

Источник: Валиханов Ч. Ч. Собрание сочинений в пяти томах. Том 2 – Алма-Ата, Главная редакция Казахской советской энциклопедии, 1985, 2-е изд. доп. и переработанное, стр. 307-312.